Потерявшись в мире облаков,
Приобретши суетность и свет,
Я твоей свободною рукой
Повышаю низменности бед.
Прорычав и крыльями шурша,
Я с тобою, в свой последний век.
Человеку можно не летать.
Я лечу — на то я человек.
И, ведя постскриптум за собой,
Завладевши силами добра,
Я вернусь, а, может, это грех.
За перо отдам я два пера.
